Ханох Левин

 

Крум

Пьеса с двумя похоронами и двумя свадьбами

 

Перевод с иврита Марьяна Беленького

 

Эта пьеса получила широкую известность благодаря постановке

Кшыштофа Варликовского:

https://www.youtube.com/watch?v=yERxV-IqFok

 

http://www.smotr.ru/2006/zagran/2006_krum.htm

 

Этот спектакль получил уйму премий на международных фестивалях

 

Постановка  «Крума» в моем переводе с иврита на украинский:

http://ft.org.ua/ua/performance/krum

 

Мои переводы Левина согласованы с институтом израильской драматургии

Shimrit Ron

ShimritRon@cameri.co.il

 

 

Люди мечутся в поисках решения своих проблем. Кто то женится, кто-то умирает. Но ни свадьбы, ни даже похороны никаких проблем не решают, а создают новые…

 

Действующие лица

 

Прим. пер.

Имена действующих лиц автором выдуманы.  Таких имен нет ни в иврите, ни в идиш.

В скобках я даю примерные ассоциации, которые эти имена могут вызвать.

 

 

Крум (запекшаяся кровь на ране) муж.

Мать Крума -жен.

Шакита (Тихоня) — муж.

Тугати (моя печаль) — муж.

Дольче (сладкий) — муж.

Фелиция — его жена. (Грамматика иврита позволяет трактовать это имя  как «пукающая»)

Тахтих (твоя задница) муж.

Труда — жен.

Дупа («задница» по-польски) — труда

Цвици (щебетунья) — жен.

Бертольдо — муж.

Доктор Шивойген (Сероглазый) — муж.

Санитар, парикмахер, медсестра, жених, невеста, фотограф, могильщик

 

Действие 1

Картина 1

Аэропорт. Вечерние сумерки. Мать Крума, и Шакита

Мать: Сказали, что самолет приземлился. Через минуту я увижу своего сыночка. А вот и он.

Появляется Крум с чемоданом, обнимает мать

Крум: Мама, я не преуспел за границей. Ни счастья, ни денег не нашел. Никакого продвижения, никаких развлечений. Не женился, ни с кем не познакомился, Ничего не купил, ничего не привез. У меня в чемодане — поношенное белье и мочалка. Вот и все. И оставь меня в покое.

Мать: Но ты же, конечно, привез какой-нибудь подарочек для мамочки?

Крум:Нет.

Мать:Ну маленький подарочек. Сюрприз.

Крум:Нет! Я сказал нет!

Мать: Ой, так он уже сразу кричит. Я же ничего не сказала. Ты уже ищешь повода для ссоры.

Крум: Тебе просто повезло, что я не хочу устраивать скандал в аэропорту. Шакита, привет. А почему Тугати не пришел?

Шакита: он плохо себя чувствует.

Крум: Ладно, пошли

 

Уходят

 

2

 

Балкон квартиры Тугати. Напротив  — балкон Дольче и Фелиции.

 

Тугати: Господин Дольче! (Дольче выходит на балкон): Извините, что помешал, г-н Дольче! Вот тут в газете пишут что, рыдания  раскрепощают селезенку, и что здоровый человек должен рыдать, по крайней мере, дважды в день — утром и вечером.
Дольче: Вы хотите рыдать вместе со мной? Извините, но мы с женой идем на свадьбу. Потом дорыдаем.
Тугати: Я хотел вас попросить поставить на патефон какую-нибудь грустную музыку. Меня от нее сразу в слезы бросает.

Дольче: Только рыдайте быстрее — мы скоро уходим.
Тугати:  Может, одолжите мне пока ваш патефон? Я буду с ним аккуратно обращаться.

Появляется Фелиция:

Фелиция: Мы патефонами не разбрасываемся.

Дольче: Но вы можете слушать от нас. Мы окно откроем.

Фелиция: Ну, поставь уже что-нибудь, пусть рыдает себе на здоровье.

Тугати: Поставьте итальянца. Они классно рыдают. Мне вместе с ними легко будет завестись.

Фелиция: Ладно, итальянца так итальянца.

Дольче выходит
Тугати: Вот спасибо. Мне бы только селезенку расслабить. А там покатит.

Фелиция: Да, мы это уже слышали сто раз.

Звучит музыка, поет итальянец итальянскую песню на итальянском языке. Тугати пытается разрыдаться. На улице появляются парадно одетые Дольче и Фелиция, они смотрят наверх, на балкон Тугати.

Тугати: Не получается.

Дольче: Извините, мы спешим. Тренируйтесь. Во всем нужна сноровка, закалка, тренировка.

Фелиция:Вот интересно. Радуется под нашу музыку, рыдает под нашу музыку, а мы с этого копейки не имеем. Он нас бессовестно эксплуатирует. Если у человека нет патефона, пусть рыдает под тишину.

Уходят.

Тугати пытается мурлыкать про себя услышанную мелодию. Не получается. Тяжело вздыхает. 

3

Квартира Тугати. Входит Крум

Крум: Привет! Я вчера вернулся из-за границы.
Тугати: Видел, верно, много интересного?

Крум: Да ничего я не видел. Спал почти все время. «Заграница, заграница». Ни хрена там хорошего нету. Одни разговоры. Меня предвкушение поездки возбуждало значительно больше чем сама поездка. Мне всегда много хочется, но не хочется только что-нибудь делать ради этого. Я жду, что у меня сам собой напишется гениальный роман. Что я случайно на улице встречу красавицу-миллионершу, и она тут же в меня влюбится.

Тугати: Ну тут я тебе не конкурент. Все же знают, что я больной.
Крум: И еще я мечтаю о том, что в один прекрасный день окажусь совсем в другом месте, в другой стране; в большом белом доме, окруженном лужайкой; вдали от шума городского,с красавицей-женой и двумя детьми.

Тугати: Назови одного из них в мою честь.

Крум:Я преуспел только в одном — не женился. Жениться и произвести на свет детей здесь, в этом убогой трущобе, на зарплату простого служащего — это конец всех моих мечтаний. Вот посмотри на все это убожество. Стыд и срам. Нет, это не для меня. Я хочу взять себе творческий отпуск на год-два, и написать роман про нашу жизнь, про тебя, про меня. А может, пьесу. Назвать ее своим именем. Я на этом заработаю, и скажу этим трущобам и этим людям- прощайте навсегда. Я немножко заработал на вашей жизни и на вашем терпении, с меня хватит. Я ухожу жить. Удавитесь. … Мне только мать жалко. Стареет. Она хотела внуков. Да, а что тут у вас?…

Тугати: Да ничего. Труда с кем-то встречается. Тахтих. Закончил технический ВУЗ.
Крум: Да ну. Она будет моей, как только я ее поманю. Но что-то не хочется. Я достоин лучшей доли. (Встает, собирается уходить)

Тугати:Я хотел спросить…

Крум: Не хочу даже слушать.

Тугати: Ну маленький вопросичек. Будь человеком. Мне это очень важно. Я человек больной. Крум: Черт, и какого хрена я вернулся!

Тугати: Когда лучше делать упражнения — утром или вечером?

Крум: Опять ты за свое. Утром.

Тугати: Но ты же знаешь, что я болен. Если я будут делать упражения утром, я устану и буду уставшим целый день.
Крум:Вечером

Тугати: Тогда я не смогу заснуть. А если утром, то я после этого должен буду принять душ, а потом, вечером — опять? Я уже 15 лет мучительно размышляю на эту тему. Почему не собрать на эту тему медицинский конгресс и не решить этот вопрос раз и навсегда? Почему я должен из-за них мучиться всю жизнь?Господа доктора, профессора! Дайте ответ! Не дают ответа.

Крум: Утром.

Тугати: А если я устану?
Крум: Я пошел.

Тугати: Ты же видишь, как я мучаюсь. Ответь!

Крум: У меня нет больше никаких сил на тебя и твои дурацкие вопросы.

Тугати: Ты сказал «утром», чтоб просто отделаться от меня! Как же я могу тебя всерьез воспринимать? На чем ты основывался, когда говорил «утром»? Разве ты врач?
Крум: Спокойной ночи (уходит).

Тугати: Вот из-за этих постоянных мучительных раздумий я и заболел. И у меня уже нет сил ни на какие упражнения. У меня даже плакать нет сил.

 

4

 

Кафе. Труда и Тахтих сидят за столиком. Шакита — за другим. Входит Крум.

Крум: Привет, Труда! Я сегодня вернулся.

Труда: Я вижу.

Крум:Я хотел написать…

Труда: Вы знакомы? Тахтих-Крум.

Крум: Можно к вам присоединиться?

Труда: Мы уже собирались уходить…

Крум: Так еще рано.

Труда: Я уже устала.

Труда и Тахтик встают и собираются уходить.

Крум: Ну, я к вам зайду как-нибудь.

Труда и Тахтих останавливаются.

Тахтих: Пусть он тебя проводит.

Труда: Почему?

Тахтих: Ну так.

Крум: А почему нет? Я готов.

Тахтих подсаживается к Шаките.

Труда:  Тахтих, ты меня не любишь. Ты хочешь поскорей от меня отделаться..

Тахтих молчит

Труда: Нет, все-таки ты меня немножечко любишь.

Крум: Нет.

Труда:Я не с тобой разговариваю.

Крум: Так я тоже человек. У меня тоже есть это (показывает на сердце)

Труда: Что же я делаю, дура! Я ввязываюсь в отношения, которые ничем хорошим не кончатся.

Крум тянет ее наружу. Они уходят. Тахтих подходит к Шаките.

Тахтих: У меня с ней ничего нет. Так просто. … А?…Плохо жить… Особенно для того, кто не верит, что ему что-то в жизни полагается. Вы когда -нибудь чуствтвовали тяжесть жизни- не внутри, снаружи, как горб…А? … Я себя чувствую очень умным с вашим глубоким молчанием. Как китайский философ. Вы хотите этим прославиться? Ничего не выйдет. Здесь, в этих трущобах уже вымерли как молчуны, так и говоруны…Я тоже иногда молчу часами но не воображаю себя невесть кем…Пойдем погуляем?….

Шакита: Я посижу.

Тахтих: Ну и я.

Садится рядом.

5

Дом Труды. Ночь. Крум и Труда одеваются.

Труда:  Тахтих в меня влюблен. Он мне уже дырку в голове прогрыз, чтоб я за него вышла. Придется.

Крум тянет руки к ее груди:

Труда: ну нет. Давай сначала реши что-нибудь.

Крум:Я жениться не могу. Это нарушит все мои планы. Я скоро начну писать великий роман. Мне нужны покой и тишина. Ну, и с экономической точки зрения… в смысле денег…Как нибудь потом…

Труда: «Потом» не будет. Я выйду за Тахтиха, а ты всю жизнь будешь жалеть, что не женился на мне. Мы переедем в другой район, у нас появятся дети. И вот я встречаю тебя, прогуливающегося под ручку с твоей мамочкой, ты в тех же штанах, с теми же грандиозными прожектами. Я и рассмеюсь тебе прямо в лицо.

Крум: Я тебе ткну в морду мой новый роман, известный на весь мир.

Труда: Какой там роман! Господи, за что я полюбила этот идиотика

Крум хочет ее обнять, она уклоняется.

Труда: Ты ведь сам не веришь тому, что говоришь. Ну какой там роман. Ты же знаешь, что я все равно твоя, приходи и бери.

Крум: Труда…

Труда: Ты такой холодный, как айсберг в океане.

Когда тебе льют воду на голову, ты приходишь ко мне вытираться и жаловаться.

Крум: Да, я большая сволочь, я знаю. Но я же стараюсь, ты же видишь. К кому я прихожу, когда мне плохо? К тебе. В чью постель я залезаю, если другой нет?Кого я всеми силами безуспешно пытаюсь полюбить? Да, я подлец, дай мне пощечину.

Труда отвешивает ему звонкую оплеуху.

Крум: Ну, сука, больше ты меня не увидишь. Вот только что хотел сделать тебе предложение, но теперь все кончено.

Уходит

 

6

Улица перед домом Труды. Ночь. Тахтих. Входит Крум, видит Тахтиха. Останавливается.

 

Тахтих: Ну да, это я. Стою тут полночи, пока вы там развлекаетесь с Трудой. Я все видел. Вначале был свет, потом вы его потушили на час, потом опять включили.

Крум:  Чего тебе надо?

Тахтик: Хочу познакомиться с человеком, у которого есть Труда.

Крум:Моя совесть сегодня несколько подустала, я не уверен, что вы сможете ее разбудить.

Тахтих: Да ладно. Ты не беспокойся, я Труду у тебя отнимать не собираюсь. У меня есть время. Продолжайте в том же духе.

Крум: Что ты из себя дурачка строишь? Ты же институт закончил.

Тахтих:Да ничего я не закончил. Я техник. Зарабатываю неплохо.

Крум: Рядом с тобой я себя чувствую большим человеком. Ладно, иди.

Тахтих:Ладно, пойду, раз такой господин приказывает. У тебя же есть доступ к телу Труды. Но ладно, если ты не такой уж большой человек, так я еще меньше.

Уходят

 

7

 

Улица перед балконом дома Тугати. Ночь. Тугати на балконе. По улице идут Дольче и Фелиция, отяжелевшие от выпитого и съеденного.

Тугати: Здравствуйте, госпожа Фелиция и господин Дольче. Ну как было на свадьбе?

Фелиция: Ну как обычно.

Тугати: Покушали? Что давали?

Фелиция: Извините, мы очень заняты. Перевариваем.

Тугати: Крум вернулся.

Фелиция: Он тебе что-нибудь привез? Верно,ничего. А у меня завтра визит к его маме.

Тугати: Ну, курочку хоть там на свадьбе давали?

Фелиция: Ой, я с вас вже смеюсь. Курочка — это просто ерунда по сравнению с тем, что мы там кушали.

Тугати: Шо вы говорите?

Фелиция: Это же свадьба дочери застройщика, а не какой-то там шантрапы. Но у меня просто нет сил на эти разговоры. Все резервы организма брошены на переваривание пищевой еды.

 

Входит Дольче

От переводчика: Вы хочете евреев? Их  есть у меня. Так вот вам Левин с одесским акцентом:

Дольче: Ой, я таки хочу немножечко подышать после этой свадьбы. Боже, как я наелся!

Тугати: Ну, что еще там было?

Дольче: Даже не спрашивай. Застройщик есть застройщик. Товар лицом, пыль столбом.

Тугати: Я таки вже начинаю завидовать. Там же ж, наверно были танцы и музыка.

Дольче: Ой, за какие танцы вы говорите? У кого были силы двигаться? Дай бог от стола до туалета доползти. А вернешься, так они уже горячее подали! За сладкое я вже молчу. (уходит)

Тугати: Ой, я не поверю, что не было танцев. Что за свадьба без танцев? Пьянка да и все. Там, где мужчины и женщины собираются вместе, обязательно должны быть танцы. Трутся животами друг об друга.

 

8

Дом Труды

Труда и Дупа у зеркала

Дупа: Я такая некрасивая! Ну, поверхностным взглядом еще куда ни шло, но если присмотреться, так я просто уродина. И за что это мне? Как бы сделать так, чтобы ко мне не присматривались?

Труда: А моя проблема — большая задница. Еврейская фигура, ничего не поделаешь.

Дупа: Ты себе позволяешь об этом говорить, ибо ты гораздо привлекательней меня. У тебя есть Крум. А раньше был Тахтих, а еще до того — опять Крум.

Труда: Тоже мне. Оба не подарок. Этот Крум то приходит, то уходит.

Дупа: А ко мне вообще никто не приходит. И чего им надо, этим мужикам. Все же на месте. Я забавная, веселая, щебечу как птичка, но этого им мало. Я же все умею, только не для кого.  Я могу отдать свою преданность и любовь, но кому? Чтоб они все сдохли, эти мужики. Я могу их заразить своим смехом и своим счастьем. Куда они все подевались?

Труда: Злостно уклоняются, гады, от своего счастья. У Крума есть приятель — Тугати. Он тебя интересует?

Дупа: Что за имя идиотское?

Труда: Так в пьесах Левина все имена идиотские. (Это называется рекурсия)

Дупа: Он серьезный? В смысле — ему нужна свадьба или глупости?

Труда: Да, конечно. Только свадьба. Его глупости не интересуют.

Дупа: Ты будешь смеяться — мне как раз такой и нужен. Чтоб сидел рядом со мной в пижаме, у телевизора. Чтоб был красивый, чтоб не изменял, чтоб зарабатывал прилично. Умный не обязательно, но чтоб веселый был. Чтоб звезд с неба не хватал, но чтоб веселый. И вот я молюсь…

Труда: А зачем же молиться? Ты меня попроси, я все сделаю.

Дупа: Да, я прошу.

Труда: Со всех твоих молитв у него есть для тебя только пижама. Он, мягко говоря,  не красавец. Если ты в нем что-то разглядишь, будет первая. Если ты разглядишь в нем веселость, будешь первая. С деньгами то же самое. Да, к тому же он умом отнюдь не блещет. Но это все тебя не должно волновать Выбора у тебя все равно нет. А моя проблема — большая задница

Дупа: Почему?

Труда: Вот и я спрашиваю.

Дупа: (рыдает) Почему так все?

Труда: Да так. Надо брать, что есть. В нашем положении перебирать не приходится.

Дупа: Ничего, я в нем что нибудь найду. Он будет упираться, а я все равно найду.

Труда: Ну, это если ты сможешь снять с него пижаму. Сказать ему, чтоб ждал тебя в 8 в кафе?

Дупа кивает:

 

9

Вечер. За столиком сидит Тугати. Дупа садится за другой столик. Он нерешительно встает и подходит к ней.

Тугати: По-моему, это я. Вы уже разочарованы? …. Я Тугати.

Дупа: Ладно, садись.

Тугати (садится рядом с ней): Что вы будете пить?

Дупа: Пиво.

Тугати: Я не пью пиво. Я хочу быть человеком, который пьет сок и молоко. Поэтому я пью чай. Здесь не быстро подают. Место не очень-то…Мы можем купить пива в лавке и выпить у меня на балконе.

Дупа: Дану. У меня еще есть дела сегодня. Давай уже здесь, раз пришли. (Смотрит на часы и резко встает)

Тугати:Я могу вас проводить.

Дупа: Да ладно. Я пошла.

Тугати: Может, завтра?

Дупа: Завтра я занята. И послезавтра. Привет. (Уходит)

 

10

Утро красит нежным светом стены дома Крума. Крум сидит и ест. Напротив — мамочка, чтоб она была здорова.

Крум: Я не могу есть, когда на меня все время вот так смотрят и возлагают на меня надежды.

Мамочка: Кто возлагает? Я таки вже давно ничего не возлагаю.

Крум: Нет, возлагаешь! Днем и ночью.

Мамочка: Что ты от меня хочешь? Хочу — возлагаю, не хочу -не возлагаю. Может, я на муху смотрю. Что я в своем доме уже не могу на муху смотреть? А если даже немножечко возлагаю, так что? Ты мой сын или где? Кушай, кушай, не отвлекайся. Завтрак, который ты начал как сын своей любимой мамочки, ты закончишь сиротой.

Крум уходит. Входит Фелиция

Фелиция: Здравствуйте, г-жа Крум. Я видела, Крум вышел. Он был чем-то расстроен.

Мамочка: Да, он вчера вернулся из-за границы. Поэтому.
Фелиция: Ну, дай бог. Он вам ничего не привез?

Мамочка: Мне ничего не надо. У меня, слава богу, все есть.
Фелиция: Ну, может, какой телевизор?

Мамочка: У меня есть.
Фелиция: Так ведь импортный.

Мамочка: Так и в моем хорошо видно.
Фелиция: Ну, какой-нибудь плащ, сумочку, платок?

Мамочка: Он вернулся живой и здоровый.Это и есть для меня главный подарок. Он работает, слава богу, зарабатывает. Что мне еще надо? Он даже смог что-то накопить и поехать в Европу. Так ну?
Фелиция: Да я не об этом. Ну поехал, ну вернулся. А вот зачем он ехал? Для чего-то или от чего-то? Какие у него планы, чего он хочет в жизни добиться?

Мамочка: Я ни в коем случае не хочу сказать, что я разочарована в моем сыне. Нет. Он не без способностей.
Фелиция: Ну да. Не стоит расстраиваться. Можно продолжать ждать и надеяться. Но на что? Ему же уже 40.

Мамочка: Ну, пока еще, слава богу, только 38.Так что можно еще жить и надеяться.
Фелиция: А смысл?

Мамочка: Ну, пока он в добром здравии, и слава богу.
Фелиция: Так все, слава богу, здоровы. А дальше что? Надо же это как-то использовать.Как он оправдывает свое существование? И вообще — кто может сказать «Я здоров». Сегодня ты здоров, а завтра тебя везут на кладбище. А впрочем, ваше дело. Я не вмешиваюсь. Один доктор, второй — декоратор. Главное, чтоб они были довольны.

Мамочка: Я довольна моим сыном.
Фелиция: Какая вы упертая, мадам Крум. Вы довольны им, он доволен вами. Мне остается лишь завидовать вам обоим… Так что, так ничего и не привез? Французский сыр? Швейцарский шоколад? Ладно, я пошла. (Уходит)

Мамочка: Ну вот, еще одну атаку отразила. Вся жизнь — сплошное отражение атак. Вот атакуют изнутри, а вот  сзади. Со всех сторон атакуют несчастную вдову. Отразили атаку по уплате квартиры, а за углом ожидает мэрия. Отразили мэрию — а тут и Фелиция. Ну, кажется на сегодня все. Можно спокойно пойти поспать.

 

11

 

Мамочка сидит. Входит Крум

 

Крум: Мама, что ты не спишь?

Мамочка не отвечает.

Крум: Что случилось?

Мамочка: Давит.

Крум: Где? Что? Вызвать врача? У меня тоже иногда бывают боли в груди. Но проходит.

Мамочка: У меня не пройдет. Скоро будет ко мне на могилку ездить.

Крум: Мама, не надо меня пугать. Я тоже больной.

 

 

Мамочка: Ты будешь долго раскаиваться.
Крум: Я умру вместе с тобой.

Мамочка: Кто из нас старше? Кто из нас умрет раньше?

Пауза

Крум: Ладно, я женюсь на Труде.

Пауза

Крум: Ты довольна?

Мамочка: Да.

Крум: Ты же хотела внуков.

Мамочка: Если ты это делаешь ради меня, так не надо. У меня есть телевизор.
Крум: Но ты же хотела, чтоб я женился.

Мамочка: что ты орешь посреди ночи? Иди кричи к своей Труде.

Крум: Ну чем ты опять недовольна? Я же сделал, как ты хотела.

Мамочка: Труда довольна? Ей не давит? Ну и иди к ней.
Крум: А что ты имеешь против Труды.

Мамочка: Нет, ничего. Я вам таки желаю счастья.

Крум: Так иди вже спать.

Мамочка: Когда я таки захочу спать, так я таки пойду. Тебе лучше всего, когда я сплю. Бо я молчу.

Крум: Когда ты спишь, я не чувствую себя виноватым.

Мамочка: Ничего, вот я скоро умру, тогда ты уже пожалеешь, что не слушал мамочку.

 

12

 

Квартира Тугати

Тугати. Входит Дупа.

Дупа: Узнаешь?

Тугати: Я думал, вы больше не придете. Уже и не надеялся. Садитесь.

Она садится. Пауза

Дупа: Нужны объяснения?

Тугати: Да ладно. Но вот что: но мои нервы не рассчитаны на такие случаи, когда все в подвешенном состоянии.

Дупа: Ну да, я понимаю. Но что я могу сказать после такого краткого знакомства?

Тугати: Ладно, спрошу иначе. Мотивируйте, почему вы не хотите за меня замуж?

Пауза

Тугати: Что-то вы долго молчите. А мне это тяжело переносить.

Дупа (про себя): Уважаемый бог! Только не надо на меня давить с этим. Ты и так дал мне в жизни не слишком много поводов для радости. Ну да, ты сделал так, что его слабости пробуждают мою жалость. Пусть и его уродство меня тронет.

Он пытается погладить ее по лицу, она уклоняется.

Тугати: Почему?

Дупа: Только не смотри на меня. Твой взгляд жестче, чем твои пальцы.

Он пытается погладить ее по лицу, она уклоняется.

Тугати: Ну может, когда нибудь, вам захочется меня поцеловать, тогда все равно придется лицом к лицу, иначе не получится.

Она нехотя, как бы через силу, протягивает руку к его лицу

Тугати: Я не брился. У меня на сегодня никаких встреч не было запланировано.

Пауза

 

Дупа: Я согласна.

Тугати внезапно разворачивается к ней.

Тугати: Я верую всею душою, что я болен и слаб, и даже дышу через силу. И уже никогда не займу места в шеренге здоровых. Я верую всею душою, что меня нужно жалеть, понимать, не кричать на меня, не пугать, не поднимать на меня руку и ничего от меня не требовать. Я верую всей душою — если дадут мне покой полный покой — я еще протяну пару месяцев, может полгода. Потом я угасну у тебя на руках.

Дупа (смеется): Я таки вже смеюсь. Ты такой….живописный.

Тугати: Да?

Пауза

Тугати: Ну да. Может, и в самом деле. Вон оно как. Живописный. Слышали? Оставайтесь на ночь.

Дупа: Потуши свет.

Тугати тушит свет

Тугати: Мне хорошо, мне приятно, я умру.

Предаются нежностям

Тугати: Не хочу жить, не хочу жить.

Оба смеются

Тугати: А теперь ответь серьезно на один вопрос

Дупа: Да.

Тугати: Когда лучше делать упражнения  — утром или вечером.

Дупа: Заноза в жопе!

Тугати: Что?

Дупа: Меня же предупреждали насчет этого вопроса

Тугати: Я все время над этим размышляю. Может, еще на Аляске об этом не слышали.  Мне надо туда поехать и получить ответ.

 

13

 

Улица перед домом Труды. Ночь Входит Крум

Крум: Труда!

Входит Тахтих, обувь в руках

Тахтих: Ты тут выступаешь. Ты тут главный. А тут себе как серенькая мышка в уголке.

На балкон выходит Труда

Тахтих: Ну, не буду вам мешать. Уходит

Труда: В следующий раз когда я увижу твою рожу у себя дома, я вызову полицию.

Крум: Так мы же женимся.

Труда: Когда?

Крум:  Прямо сейчас. То есть, после Тугати.

Труда: Зайди.

Крум: Тахтих же только что ушел. Еще постель теплая.

Труда: Данунах. Заходи.

Крум: Ага, значит, ты признаешь, что он у тебя был? Потаскуха!

Труда: Так тебя же две недели не было. Что ж мне, на стенку лезть? Какой-никой мужик.

Крум входит к ней: Ладно, женюсь, хрен с тобой. Но давай начистоту. Мне главное чтоб был покой. Чтоб никто мозги не трахал. Ты знаешь, кто я и что со мной, да и я про тебя знаю. Мы оба звезд с неба не хватаем. Мне особой там лирики не надо. Не надо меня гладить и все такое за пределами постели. Я к этому не привык. Не надо называть меня всякими уменьшительными именами типа Крумик. Я этого не люблю. Это мне как железом по стеклу. Если ты согласна меня терпеть, это и все.

Труда: Ладно, уговорил.

Крум (про себя): И все же я пытаюсь что-то в ней найти. Должно же в ней что-то быть. Но что? Где?

14

 

Дупа, Тугати

 

Дупа: Труда и Крум женятся через неделю после нас. И сегодня вечером мы идем в кино отметить это.

Входят Цвици и Бартольдо

 

Цвици: Привет, Дупа!

Дупа: Привет!

Цвици: Мы получили твое приглашение на свадьбу. Я так за тебя рада! А это — Бартольди. Он говорит только по-итальянски.

Бартольдо: Molto lieto  (очень приятно).

Цвици (показывать на Тугати): Это твой папа?

Тугати: Я — жених.

Цвици: Извините. Это из-за того, что вы выглядите немного…

Тугати:Я больной. Не старый.

Цвици: Будьте здоровы

Тугати: Уже не буду.

Дупа: Это Цвици, моя подруга детства. Она жила здесь, а потом перебралась в виллу за городом. Теперь мы для нее — экзотика. Она сюда приезжает раз в два года.

Цвици: Ну, ты же знаешь, как я занята.

Дупа: Но на свадьбу ты должна прийти.

Цвици: А за два дня до этого мы с Бартольдо были на Капри. И вот вернулись, чтобы тебя поздравить.

Входят Крум и Труда, приветствуют присутствующих.

Дупа: Труда, это  Цвици, моя подруга детства.

Труда: Очень приятно, Труда.

Крум: Крум.

Цвици: А это Бартольдо, итальянский итальянец из Италии.

Бартольдо: Molto lieto.
Крум: Цвици, я вас припоминаю. Вы тогда еще маленькая были.

Цвици: 7 лет.

Дупа: А в 7 лет уже переехала на виллу. А теперь едет и куда? На Капри.

Цвици: Только на две недели. У нас мало времени.

Дупа: Да, Цвици, вот Крум и Труда тоже женятся.

Цвици: Браво! Вы здесь немножко нарожаете.

Дупа: Конечно. А сейчас мы идем в кино. Пойдете с нами?

Цвици: Ой, у нас нет времени. Я обещала Бартольдо, что пойдем в ночной клуб в «Хилтоне»,

Бартольдо Ho caldo.voglio audare ti voglio strappare una tetta sotto l`acqua

(Здесь жарко. Я хочу уже идти. Я хочу мять тебе груди под водой).

Цвици: Lue Minuti, comportati comme si deve

(Две минуты, веди себя прилично)

Бартольдо: Mi hanno rotto questi schifosi. Ti vodlio scorpare al Hilton

(Мне надоели эти уроды. Я уже хочу трахнуть тебя в Хилтоне)

 

Подходит к ней, обнимает, расстегивает ей блузку.

Цвици: Basta, no! Извините. Итальянец, что с него возьмешь. Вы будете жить здесь?

Дупа: Да, пока не найдем что-нибудь другое.

Цвици: А чем здесь плохо? И этот твой…

Тугати: Тугати:

Цвици: Да ладно. Он вроде тихий.

Тугати: Слабый я. Не тихий.

Бартольдо: Madonna mia santa, yi sbatto qui per terra eti chiavio davanti a quwsti sorci.

(Моя мадонна, я сейчас завалю тебя здесь на пол и отимею в присутствии этих крыс).

Рвет на ней блузку, пуговица отрывается и падает

Цвици: Отстань!

Бартольно: Si! Atstan! Atstan! Amore mio!

Cнова лезет к ней, она его отпихует

Цвици: Ох уж эти итальянцы! Извините.

Крум и Тугати нагибаются искать пуговицу, ползают на коленях по всему дому.

Цвици: Угати, или как там тебя! Береги ее. Она столько лет была одинока. Наконец ей хоть что-то выпало.

Дупа: А я не жаловалась.

Цвици: А чего ж у тебя лицо такое серое? А почему глаза не горят? Да не надо мне рассказывать. Ты не жаловалась. Еще как жаловалась. Мордой к стенке по ночам рыдала в подушку. Молилась, чтоб тебе хоть кого послали. Вот ты имеешь этого.

Тугати: Тугати

Цвици: Заткнись.

Тугати (ползает на коленях): Какого цвета пуговица?

Цвици: Может, под диван закатилась.

Бартольдо: Via, via, andiamo, oti spruzzo sul soffitto tutto quel ho qui nei pantaloni

Пошли, бо я щас тут все забрызгаю до потолка.

Целуются на виду у всех. Он кончает (эта ремарка для российского зрителя явно лишняя.Но мое дело — перевод).Он обнимает ее и поднимает.

Цвици: Ладно, мы пошли. Вы же видите,что он вытворяет. Ему же тут стесняться некого. Позравляем. Желаем паре молодой дожить до свадьбы золотой.

Дупа: Спасибо, что пришли.

Цвици и Бартольдо уходят

Крум : А пуговица?

Поднимает пуговицу. Крум и Тугати смотрят на нее.

Труда: Ну? Вы что, пуговицу не видели?

Крум кладет пуговицу себе в карман

Крум: Ушли и оставили после себя атмосферу дальних стран.

Тугати: У бедя дасборг. Труда, если бы ты пользовалась импортным мылом, у тебя тоже была бы атмосфера дальних стран.

Дупа: Ладно, пошли уже!

Уходят.

 

15

Кинозал. Тахтих и Шакита сидят в зале. В темноте входят Крум, Дупа, Труда, Тугати.

Тугати: Это в зале темно или я, в конце концов, ослеп?

Труда: Тихо, уже кино началось.

Они садятся перед Тахтиком и Шакитой.

Крум: Вот нам показывают кино

В зале темно

Чтоб мы не могли смотреть друг другу в глаза

И вот мы видим красивых и счастливых людей

Хорошо одетых

Красивые голые женщины

Дома, утопающие в садах, шикарные машины,

А мы сидим тут в темноте,

Посреди обид и тоски нашей жизни

И кажется нам, что мы тоже молодые и красивые

А рядом с нами — молодые красивые женщины

и шикарные машины

Кино

Дрожащий луч света

На который мы возлагаем надежды

За 10 лир с человека

Два часа чужой правды

На фоне лжи нашей жизни.

 

Фильм закончился. На устах у зрителей  — дьявольская улыбка.

 

Вставайте, жалкие люди. Идите, стесняйтесь жить.

Все встают.

Тахтих: До свидания, Крум и Труда.

Все уходят.  Остаются  Тахтих и Шакита.

Тахтих: Ну вот, мы снова вдвоем. С ким пришел, с тем и остался. Нет ли у тебя случайно знакомых девушек, у которых прямо сейчас проходит вечеринка, куда бы мы могли пойти? Двоюродная сестра? Тетя? (Пауза) Да, чудес не бывает.

 

16

 

Улица возле дома Труды. Вечер

 

Крум: Добрый вечер!

Труда: Не поднимешься?

Крум: Я уже иду спать.

Труда: Что случилось?

Крум: Ничего. А что?

Труда: Она мне нравится.

Крум: Кто?

Труда: Ну, та о которой ты непрерывно думаешь последние три часа. Та, от которой исходит запах дальних стран. И та, ради которой двое взрослых мужиков ползают на коленях, отыскивая ее пуговицу. Поднимись.

Крум поднимается:

Труда: Обними меня (он обнимает) Поцелуй меня (он целует) Ты ведь ее все равно не получишь. Бери то, что есть. Я — твоя жизнь. Ради меня ты будешь всю жизнь работать, моих детей обеспечивать. Рядом со мной ты состаришься и умрешь. Подо мною тебя похоронят. Мне ты оставишь свои деньги, свою одежду, свое имя и свои фотки. В моей памяти ты будешь время от времени пролетать, и постепенно забудешься. Я, со мной, мною, мне, обо мне, у меня.

Крум: Она меня честно предупредила. Из женщины я вышел, и женщина меня поглотит.

 

17

 

Улица напротив зала торжеств. Входят Тугати и Дупа в свадебном. Кажется, что они спешат. За ними — Фелиция, Дольче, Крум, Труда, мамочка Крума, Тахтих, Шакита. Тугати время от времени показывает V публике.

Тугати: Ну вот я и женился!

Крум: Браво!

Фелиция садится напротив Тугати с раскрытым ртом

Тугати: Ты хочешь спеть?

Дольче: Моя жена хочет спросить — кроме кусочка пирога и рюмочки вина — есть еще какие-то надежды?

Дупа: У нас свадьба быстрого питания. Мой муж болен.

Фелиция: Но мы то здоровы!

Дупа: Вы что, жрать сюда пришли? У нас не ресторан.

Фелиция: А почему бы и нет?

Тугати машет клизмой: Спасибо  достопочтеннейшей госпоже Крум за прекрасный подарок. Я им воспользуюсь сегодня же.

Мамочка Крума : До 120!

Тугати: Большое спасибо всем! Вы будете смеяться, но я таки женился.

Гости расходятся.

Фелиция: Что за свадьба? Ни танцев, ни музыки, ни угощения. За выпить я вже молчу.

Дольче: Хорошо, что я успел стырить бутылку коньяка и никто не заметил. (Показывает бутылку, спрятанную за пазухой)

Фелиция: Вы будете смеяться, но эта свадьба немножечко напоминает похороны.

Дольче пьет из бутылки. Фелиция берет у него из рук бутылку, тоже пьет.

 

Фелиция:Интересно, кто кого похоронит? Жених невесту или невеста жениха? Ладно, с этими разобрались. А через месяц у нас свадьба Крума и Труды. Ну хоть там возьмем от жизни все.

Дольче: Если дадут.

Фелиция: Если что, я уже одета. Вот так и пойду.

Дольче: А где месяц?

Фелиция: На хрена он тебе?

Дольче: Он мне напоминает банан. Но я его не вижу.

Фелиция (показывает на свою задницу) Так вот же он!

Дольче: Фу, какая грубиянка мне попалась. Никакой культуры!

Фелиция: Культуры у меня дофига и больше. Так я похороню тебя, или ты меня?

Дольче (выхватывает у нее из рук бутылку, пьет) Пошли домой.

Фелиция: Я хочу танцевать.

Дольче: Так музыки нет. И какие танцы ночью посреди улицы?

Издали слышны сдержанные рыдания. На балконе появляется Тугати. Он рыдает, но показывает V.

Тугати: Я рыдаю для освобождения селезенки

Закрывает лицо ладонями и продолжает рыдать. Рыдания переходят в ритмические завывания.

Фелиция и Дольче танцуют под этот ритм.

Конец 1 акта

18

Улица перед дворцом бракосочетаний.Вечер. Входят Труда и Тахтих в свадебном. Кажется, что они торопятся. За ними — Дупа, Дольче, Фелиция, Шакита.

Труда- Дупе: Почему Тугати не пришел?

Дупа: Он вдруг почувствовал слабость в ногах.

Труда: Привет ему передай.

Фелиция садится напротив Труды с раскрытым ртом

Труда: Свадьба закончена. Спасибо всем.

Фелиция: Как? А угощение?

Труда под ручку с Тахтихом поспешно уходят. Все следуют за ними.

Фелиция: Эта свадьба еще короче предыдущей. Они хотят закончить поскорее, ибо им стыдно.

Дольше: У меня вот как. Или я голоден, или сыт.  А в конце концов, я умру.

Фелиция — Шаките: Ну, когда уже у вас?

Шакита уходит

Дольче, показывает на свой пустой живот: Не получилось.

Фелиция желтеет от злости. Дольче достает бутылку.Лицо Фелиции светлеет. Они уходят.

19

Балкон Труды и Тахтиха. Ночь. Труда в ночной сорочке. Входит Тахтих.

Труда: Ты вышел подышать или уже сожалеешь, что получил меня? Зануда.

Тахтих: У меня сейчас душевный покой, но я опасаюсь его потерять. Может, приготовить чай с пирогами?

Труда: Это самая гениальная идея, что пришла тебе в голову за последние две недели.

Тахтих (возбуждается) Да, да, чай с пирогами!

Уходит в комнату и зовет ее оттуда : Труда!

Труда: Да, Труда. Да, некоторые чувства у меня пробуждаются, когда кто-то поет мое имя. Никогда не думала, что можно произнести мое имя с такой грустью и нежностью. Когда я слышу, как он меня зовет, я же не могу ничего не чувствовать.

Тахтих: Чай.

Труда: Эх, Тахтих, если бы не был таким идиотом, с этими телячьими глазами…

Тахтих (смотрит на нее восхищенно):Ты просто принцесса!

Труда: Кончай мне трахать мозги, идиот.

Тахтих: Ты принцесса (целует ее)

Труда: Я понимаю твои намерения. Но  я не принцесса. Может, начальница.

Тахтих  (страстно ее обнимает): Для меня ты — принцесса.

Труда: Я  генеральныйдиректор. Председатель совета директоров.

Тахтих тащит ее в комнату

 

20

 

Ночь. Улица. Фонарь. Вход в дом Тугати. Фелиция, Дольче, Шакита. Входит Крум.

Крум: Что случилось?

Фелиция: Тугати утратил душевное равновесие и упал.

Крум: С чего это вдруг?

Фелиция: Прошли те времена, когда на подготовку к падению уходили месяцы. Теперь падают сразу.

Крум собирается войти.

Фелиция: Сейчас  выйдет доктор Шивойген.

Крум останавливается. Выходит доктор. Обозревает присутствующих.

Доктор: Я дал направление пациенту в больницу. Проблемы нервной системы. Надо пройти обследование.  Болезнь может быть вызвана как внешними, так и внутренними причинами, как физическими, так и духовными. Проблема может быть временной, а может и постоянной.

Крум: Пожалейте его, доктор, он же только что обрел свое личное счастье.

Фелиция: Пожалейте нас всех, доктор (поворачивается к нему задом).  И сделайте мне укол для вечного счастья.

Дольче тоже поворачивается к доктору задом: И мне, доктор. Ну что вам стоит! Один укол для здоровья, счастья и богатства.

Шакита, после колебаний, тоже поворачивается к доктору задом.

Фелиция: Укол, чтобы наша жизнь сразу изменилась к лучшему. Чтобы все это исчезло, и появилось что-нибудь другое. Чтобы все стало не так, а как-нибудь иначе.

Доктор: Я категорически отвергаю ваши предложения. Настоящий врач не должен испытывать жалость и сострадание к пациентам, иначе он работать не сможет. Медицина не сможет излечить вашу нищету, тесные душные квартиры, загрязненную атмосферу, шум по ночам. Медицина не сможет вам помочь в ваших беспочвенных мечтаниях о лучшей жизни, если вы сами ничего для этого не будете делать. Все, что может медицина -это облегчить ваши физические страдания, но, сказать по правде, мы и этого не можем.

Проходит через присутствующих и уходит.

21

Дом Тугати и Дупы. Вечер. Тугати в постели.

Тугати: Мне надо попрощаться с этой комнатой. Теперь здесь будет жить кто-нибудь другой, здоровый. А я больной. Он будет спать в этой постели. С тобой.

Входит санитар с тележкой.

Тугати: Вот еще один здоровый. Ну вот и случилось то, чего я столько лет ждал.

Санитар помогает Тугати переместиться на тележку.

Тугати: Погоди. Дай приготовиться. Я же больной.  Нет, я притворялся всю жизнь. Это все не на самом деле.

Санитар: Собирайтесь.

Тугати: Кто? Я? В больницу? Вы серьезно думаете, что я поеду с вами в больницу? Но почему? Это же я. Может, кто-то другой? (кричит) Если это сон, я уже хочу проснуться.  Ну?

Санитар пытается его поднять.

Санитар: Я не сон.  У меня жена и дети.

Тугати: Спасибо, не надо. Я сам. Я здоровый. (с трудом встает, еле стоит. Стоять не может, опускается на 4реньки) Вот. И пусть в минздраве увидят, до чего они меня довели. Вот это наша хваленая медицина. Ничего не могут.

(Пытается поднять голову, она бессильно падает на пол)

Я здоровый. Не хочу в больницу.

Санитар и Дупа усаживают его на тележку

Дупа: Я приду завтра утром.

Санитар увозит тележку

Тугати: Она не придет.

 

22

 

Больница. Вечер. Тугати в койке. Рядом — Крум и Шакита

Тугати: Ну, теперь вы убедились, что я болен? А вы все время надо мной смеялись, и я уж было повелся считать себя здоровым. Вот вам. Нельзя верить человеку, который утверждает, что он здоров. (Приподнимается в койке, обращается в зал, к зрителям): Вы все больные! Когда больные — больные, когда здоровые — тоже больные. А где Дупа?

Крум: Мы не знаем.

Тугати: Почему она не пришла? Я хотел умереть на руках любимой женщины, а эта сволочь не пришла. Эх, женщины! (Шаките) А что ты молчишь? Что врачи говорят? Я буду жить?

Крум: А смысл? Да вроде да.

Тугати: Я тут никакого лечения не получаю. Меня просто используют как манекен, чтобы менять мне пижаму и простыни.

Въезжает парикмахер в белом халате с тележкой с инструментами.

Тугати: Доктор, сколько мне осталось?

Парикмахер: Я парикмахер.

Тугати: Видите? Они тут все парикмахеры. Врачей нет! Разбежались.

Парикмахер: Сядьте. Мне надо побрить вам голову.

Тугати (показывает на Шакиту) Вот ему побрейте.

Парикмахер: Это нужно для операции. (Начинает работать)

Тугати: Операция. Меня вскроют, как консервную банку и забудут закрыть. И в самом ответственном месте — в голове.

Парикмахер: Когда- то у меня был свой салон. Ко мне в очередь записывались. Детей приводили. Я не люблю стричь детей, они вертятся. Здесь как-то спокойней. Особенно когда бреешь покойников.

(Заканчивает работу, показывает клиенту зеркало) Ну, я пошел. Меня клиенты ждут. Будьте здоровы.

Тугати: Уже не буду.

Крум: Ну и мы пойдем. У нас дела. Встретимся через три дня, после операции.

Тугати: Пусть Дупа придет. Она мне жена или кто? Я хочу увидеть, как она рыдает у моей постели. Это входит в брачный контракт.

Крум и Шакита уходят

Тугати: Вы обо мне еще пожалеете! Дорогой бог! Я жил себе, никого не трогал. Это все из-за того, что я так и не решил, когда лучше делать упражнения — утром или вечером. Эта проблема меня и доконала. И вот сейчас, когда я прошу тебя меня простить и облегчить мои страдания, это лишь потому, что я очень страдаю из-за этой нерешенной проблемы.
Это ведь главная проблема моей жизни, и я ее так и не решил. А кроме этого, у меня ничего нет.

Входит медсестра со шприцом

Тугати: Что теперь? Маникюр?

Сестра (делает укол). А теперь — спать!

Тугати: Не уходите. Все уходят, оставляют меня одного. Ты меня уже забыла? Ты забыла все, что было между нами? Пламя страсти. Я приготовил уютный домик, где мы скоротаем остаток нашей жизни. Там есть большая ванна на двоих, я тебя намылю, и у нас будет одно сплошное счастье…

Сестра уходит.

Тугати: Я многих женщин сделал счастливыми, сделаю и тебя.

23

Дом Дупы и Тугати

Дупа. Входит Бартольдо.

Бартольдо: Buon giorno, seniorita!

Дупа: Итальянец. Можно петь. Тебе чего? А где твоя Цвици?

Бартольдо: Partita ieri, tornera fra due giurni, Bartoldo solo, solo

(Она вчера улетела на два дня. Бартольдо один, совсем один)

Дупа: И ты уже себе ищешь подружку?

Бартольдо: Si, si.

Дупа: Ну, садись.

Бартольдо  садится, пытается ее обнять, она отстраняется.

Дупа: Мой муж болен, он в больнице (показывает знаками)

Бартольдо: Si, hospitale (и снова за свое. Она отстраняется)

Дупа: А что у вас в Италии думают — когда лучше делать упражнения — утром или вечером? (показывает)

Бартольдо:Si, si, sporto!

Дупа показывает упражнения. Он заходит сзади, обнимает ее и хватает за груди. Она вроде как не возражает.

Дупа: Ну вот. И в Италию ехать не нужно.

Бартольдо разворачивает ее к себе, они целуются. Входит Крум.

Крум: Извините, я не вовремя. Я только хотел сказать, что операция не помогла. И уже не поможет. … Вам бы стоило его навестить…. Не так много осталось…

Бартольдо: Ma cosa vuole quel cazzo

Чего хочет этот идиот?

Крум: Я хочу завтра повезти его на море, чтобы он увидел последний раз закат…

 

Бартольдо подходит к Круму: Ma cosa vuioi perche disturb? Perche non ci lasci in pace, non vedi che siamo occupati?

Чего тебе надо? Куда ты лезешь? Ты не видишь — мы заняты?

Крум уходит. Они снова за свое

 

Дупа: Хилтон.

Бартольдо: Хилтон? Ma vafan culo  tuo Hilton

Иди ты в задницу со своим Хилтоном

Уходят

 

24

 

Сквер у моря. Вечер. Крум и Шакита, который везет инвалидную коляску. В ней — Тугати в белом костюме и широкополой шляпе.

Крум: Из-за этих пробок мы опоздали к закату. Следующий покажут только завтра. Но вот отсюда мы еще успеем кое-что увидеть. Разверни его к морю.

Тугати:

 

Я сегодня не такой, как вчера
Свежий ветер мои крылья поднял
Кожу старую взрывая на швах,
Новой кожей я все небо обнял.
Свежий ветер он не зря прилетал
Пыль стряхнул и распахнул мне окно
Я давно о свежем ветре мечтал
Свежий ветер, мы с тобой заодно

Полем, полем, полем свежий ветер пролетел
Поле, свежий ветер, я давно его хотел
Полем, полем, полем свежий ветер пролетал
Поле, свежий ветер, я давно о нем мечтал

Расскажу ему, как было со мной
Как лечили от свободы меня
Как хотели, чтобы был я слепой
У слепого так легко все отнять
Как хотели за меня все решать
В чем ходить, где жить и чем мне дышать
Как хотели запретить мне мечтать.

 

А шо? Ну, не нравится — как хотите. Мое дело — предложить. МБ

 

А что это вы решили вдруг вывезти меня смотреть на закат? Можно подумать…

Крум: Смотри, не отвлекайся.  И на цветочки смотри.

Тугати: Вот если бы я всю жизнь дышал этим ветром…

Крум: А вот слева — Хилтон. Шакита, разверни его. А там — Цвици со своим хахалем. Помнишь их?

Тугати: Ну да.  Но с чего вдруг…

Крум: О, а вот солнце! Лови последний привет.

Тугати (внезапно встает с кресла) Это что, значит, последний раз? Для этого вы меня сюда привезли?

Крум: Смотри, не отвлекайся.

Тугати: Нет! Не хочу!

Крум: Хилтон

Тугати: Не надо мне никакого Хилтона. Мне болит Хилтон. Не надо мне никакого заката! Мне болит закат.

Крум:  Белеет парус одинокий в тумане моря голубом!

Тугати: Не надо мне никакого моря. Мне болит море. Это все в последний раз, да?

 

На берег моря выходят жених, невеста и фотограф

Фотограф: Давайте быстро, пока солнце не зашло.

Они фотографируются.

Крум:А  вот жених и невеста пришли тебя навестить.

Тугати: Не надо! Пусть не женятся!

Они продолжают фотографироваться на фоне заката

Тугати: Я хочу с ними чтоб тоже.

Крум подходит к жениху и невесте

Фотограф: Отойдите.  Вы мешаете.

Крум — жениху, показывая на Тугати: Вот, он прощается с этим светом. Он болен. Он тоже хочет.

Жених: А на кой он нам?

Крум: Ну, один снимок, ради него. Вам не все равно?

Жених обращается к невесте: Ты как?

Невеста: Данунах. Это плохая примета.

Фотограф: Поцелуйтесь.

Они целуются

Тугати: Я хочу с ними! Пусть невеста меня поцелует.

Невеста: Заберите его, он мешает.

Тугати: Я тоже недавно женился. Где Дупа? Где моя жена?

Фотограф: Все, закончили. Солнце зашло. Возвращаемся.

Жених: Я вас понимаю. Но ведь и мы не каждый день женимся.

Тугати-невесте: Покажи мне свою задницу!

Жених, невеста и фотограф убегают в панике

Крум: Возвращаемся в больницу

Голова Тугати бессильно свисает.

 

25

 

Дом Труды. Вечер. Беременная Труда — в кресле. Входит Дупа с чемоданом.

Дупа: Привет. Я пришла попрощаться.

Труда: Твой муж при смерти.

Дупа:Я уезжаю.

Труда: Мне тут предложили работу в супере на севере. Кассиршей. Там каждый день мимо кассы сотни мужчин проходят. Может, кто-нибудь и остановится. …А насчет этого? Ну кто он мне? Я же его , по сути, не знаю, я знакома только с его болезнями. Я только спала рядом с ним и слушала его охи и вздохи. Да и не было ничего у нас….Я ему ничего не должна…. И не надо так на меня смотреть…Очень удобно на меня все спихивать. Я, мол, мужа до могилы довела. Да он бы и без меня коньки откинул. …Я уезжаю. Мне нужны какие-то изменения в жизни. Я больше так не могу. Может, там, что то изменится…Мужчины покупают сигареты, вино, зажигалки. Кто-то может и остановит взгляд на кассирше. А она ему улыбнется. И он пригласит ее в ресторан… А дальше как получится. А может, он меня прямо из кассы увезет в аэропорт.

Труда, тем временем, засыпает, но Дупа этого не замечает. Конечно, этого мне жалко, но что я могу сделать? Он бы все равно умер. А? Заснула. Устает от беременности. А квартирку неплохую себе устроила. У тебя ребенок скоро будет. А я пошла.

Уходит. Входит Тахтих

Эй, просыпайся, гендиректор!

 

26

 

Больница. Вечер. Тугати в койке. Возле него Крум, Шакита.

Крум: Дупа уехала. Она больше не придет.

Тугати: Да ну ее нах. Уродка. Да, большая просьба. Купи мне завтра в спортивном магазине кросовки «Найк» и теннисную ракетку. Я буду после обеда в теннис играть. Я решил играть в теннис с симпатичными девочками. Теннис после обеда — это лучшее занятие.

Крум: Завтра куплю.

Тугати: Я хочу выздороветь! То, что было до сих пор — не считается. Это была только подготовка к жизни. А теперь я выйду из больницы и начну жить по-настоящему. …Чем мне хуже, тем сильнее я хочу начать жизнь сначала.  Я тут как муха в говне. (Плачет)  У меня выймут душу, и она улетит…А что там, снаружи? Весна? Я тут в больнице, а там — не будет весны?

Крум: Да там серо и уныло. Погода плохая.

Тугати: Я же могу отсюда видеть солнце.

Крум: Данунах. Сплошная облачность.

Тугати: Если я умру, я много чего пропущу.

Крум: Да ну. Ты ничего не потеряешь.

Тугати: Потеряю.

Крум: Да ничего ты не потеряешь. Вот посмотри на нас, на нашу жалкую, убогую жизнь. Оно тебе надо тут мучиться? Вспомни эти ежедневные усилия заработать хоть копейку на жизнь. Вспомни всю свою убогую жизнь без любви, без счастья, в одиночестве. Что ты теряешь? А мы тут остаемся мучиться, как последние идиоты. Это мы должны тебе завидовать. Вспомни этот бесконечный бег без смысла и цели, метания по ночам, бессмысленные попытки что-то сделать… Вся наша жизнь — говно…

Тугати (вконец ослабев): Теряю… теря….

Крум и Шакита начинают сжиматься, как бы превращаясь обратно в плод, зародыш. Тугати сжимается вместе с ними и замирает. Они пытаются его растормошить, но он не реагирует.

Крум: Тугати!…Тугати!

Входят д-р Шивойген и медсестра.Шивойген накрывает Тугати простыней.

Крум: Вы хотите сказать…(Он как бы пытается защититься от удара)

Доктор. Пациент Тугати умер. Летальный исход. Далее медицина складывает свои полномочия. Он запустил свою опухоль. Вся еда, которую он съел; все книги, которые он прочитал; все сны, которые он видел; все труды его жизни; все деньги, которые потратили на его лечение — все пошло прахом.

Крум: Он нас смешил иногда.

Доктор: Да и вас ждет то же самое. Вы запустили свою жизнь.

Входят санитары, увозят койку с трупом. Доктор и сестра собираются уходить.

Крум: Доктор…Вы говорите как гробовщик. Вы же врач, вы должны нам оставить какую-то надежду. Мы же пока еще живые.

Доктор: Ну да. Надежда у вас есть.

Крум: Вот видите.

Доктор: У вас есть надежда на бессильное угасание. Вы станете старым и больным, перестанете понимать, что происходит вокруг. У вас больше не будет сил радоваться, кричать, сопротивляться неизбежному. А потом наступит тьма и покой. И тьма покроет все.  Вас не будет ничего интересовать, ни жизнь, ни  бог, ни смысл жизни. Только небольшой фитиль еще некоторое время будет дымить и взгляд ваш постепенно угаснет. Вот такая у вас надежда.

Бля, мне ж не жалко перевести, там уже мало осталось. Но этот монолог я бы выбросил. Люди приходят в театр отдохнуть и развеяться, а вы их грузите этим дерьмом.  Люди будут вставать и уходить. Я бы и сам ушел после этой сцены. Вы еще сделайте, чтобы доктор все это в зал говорил. Уйдут все. И  потребуют вернуть деньги.

 

27

Улица у дома Дольче и Фелиции. Фелиция и Дольче нарядно одеты.

 

Обряд над новорожденным скоро начнется, мы опаздываем. А я же их знаю. Они со свадьбой поспешили, и с этим ждать не будут.

Дольче: Интересно, кормить будут на этот раз?

Входит похоронщик. Он везет тележку, на которой труп Тугати, обмотанный черным. За ним идут Крум, его мамочка, Шакита с чемоданом. Фелиция и Дольче видят похороны и торопливо переходят на другую сторону улицы.

Крум: Фелиция! Дольче! Давайте к нам!

Дольче: Извините, мы спешим на обряд освящения младенца, который родился у Труды и Тахтиха.

Я стараюсь не употреб…ть слова «обрезание». Зритель должен видеть людей, а не евреев. Иначе он не будет себя ассоциировать. Это все, мол, у евреев, со мной этого не случится.

Фелиция: Мы же не птички — летать туда-сюда. (поспешно уходят)

28

Кладбище. Могильщик тянет тележку с трупом Тугати. За ним — Крум, его мамочка, Шакита.

Могильщик: Родственники у него есть?

Крум: Нету.

Могильщик: Значит, работаем по сокращенной программе. (опускает труп в могилу)

Крум:  Только осторожно, он был болен.

Могильщик делает несколько движений лопатой и протягивает руку Круму. Тот дает ему деньги. Могильщик кладет купюру в карман и протягивает еще —

За осторожность.

Крум дает ему еще. Могильщик уходит: Меня другие клиенты ждут. Я тут нарасхват.

Крум: Вот теперь я, пожалуй,  начну писать свой гениальный роман.

Все уходят

29

Улица напротив дома Тугати. Дольче и Фелиция возвращаются с торжества освящение младенца.

Фелиция: Ну, что я говорила? Жених умер раньше невесты. Эх, надо было поставить крупную сумму, я бы выиграла.

Дольче: Теперь мне его будет сильно не хватать.

Фелиция: Пусть его бог простит за ту свадьбу. Мы рождены, чтоб свадьбу сделать былью. А есть и те, кто обречены с рождения на одиночество. Что ты на меня уставился? Давно не видел? А шо? У меня есть здоровый мужчина с хорошим аппетитом. Я не одинока. Нет, не одинока! (Дольче пристально на нее смотрит) Ну что ты уставился? Ты тоже умрешь не так скоро. Будешь со мной. Я о тебе позабочусь. Ты — мой естественный фон. Ты мое само собой разумеющееся.

Щипает его за задницу

Ах, какую попочку дал нам господь на двоих.

Дольче: Мне всучили вонючку и грубиянку. Я не хочу ни с кем делить свою задницу. Она мне самому нужна. Я не хочу делить с тобой постель. И туалет! И унитаз! Не хочу делить с тобой ничего! Я надеялся, что ты скоро умрешь. Но нет. И ты, и твой холодильник — вечны! Я умру! Как Тугати!

Фелиция (закрывает своей рукой его лицо). Нет, ты будешь жить, сволочь! Мы встретились при чистом воздухе, будем вместе смеяться  и при вони, вместе и задохнемся.

 

30

 

Ночь. Улица. Шакита с чемоданом, встречает Крума

Крум: Куда?

Шакита: Не знаю. Отсюда.

Крум: Что-то случилось?

Шакита:  Ничего.

Крум: Так почему?

Шакита: Скучно здесь.

Крум: Где-то будет веселей?

Шакита: Не знаю.

Крум: А что ты там будешь делать?

Шакита: Не знаю.

Крум: Везде будет то же самое. Тут тебя хотя бы знают.

Шакита: Скучно здесь.

Крум: Да, ты хочешь быть богатым, преуспеть, найти себе женщину и вернуться сюда в американской машине, чтобы показать нам всем. Ты хочешь показать ей район, где ты вырос.

Я тебе не верю! Ты прятал свои амбиции, притворялся тихоней. Знаю я этих тихонь. Втихаря идут к успеху, к женщинам.

Шакита: Нет, я тебе обещаю оставаться бедным, одиноким  и скучным.

Крум:Так оставайся здесь, с нами, в нашем болоте!

Шакита: Я хотел поехать. Привет.

Крум: А кто ты  такой? Ты уезжаешь, а мы, значит, должны здесь торчать? Что ты себе позволяешь?  Ты — самая смешная часть этого пейзажа. Твое лицо -это штукатурка, которой замазывают трещины домов.  Вы все — только фон для моей жизни, страница из романа обо мне. У вас нет никакого другого предназначения в жизни.

Шакита уходит:

Крум: У вас нет никакого другого предназначения в жизни!

 31

Дом Крума. Мамочка. Входит Крум

 

Крум: Что ты не спишь?

Мамочка: Не могу. Мне нужен внук. Или внучка. Чтоб я качала колясочку и засыпала вместе с ним.

Крум: Ну, и что я должен делать?

Мамочка: Ну, может, жениться?

Крум: На ком?

Мамочка: У тебя была Труда.

Крум: Мне кажется, я заслуживаю большего.

Мамочка: Так нету же.

Крум: Есть желание.

Мамочка: Желание на хлеб не намажешь. А она тут, рядом. Твои возможности это позволяют.  Тебе больше чем Труда, не положено. И сидеть в конторе, ожидая обеденного перерыва, выходного, праздника, отпуска, пенсии. Выращивать детей и платить квартирную ссуду всю жизнь. Сыночек, у тебя ничего другого в жизни уже не будет. Не прилетит волшебник в голубом звездолете. Не приплывет золотая рыбка.

Крум: Но есть желание.

Мамочка: Смирись.

Крум: Я начну писать.

Мамочка: Ай, брось этих глупостей. Кто тебе мешал этим заняться до сих пор?

Вот, люди пьесы с иврита переводят и живут с этого. Ведь эту пьесу же тоже кто-то перевел. И деньги получает с каждого спектакля. Других игрушек в этом мире у тебя уже не будет.

Крум: Мама, иди спать. (Борется с желанием броситься на нее и задушить)

Мамочка: Ты не успокоишься, пока меня в могилу не сведешь. Я — постоянный свидетель всех твоих неудач.

 

32

Танцзал в «Хилтоне». Цвици и Бартольдо танцуют. Входит Крум. Подстраивается под танцующих

Крум: Узнаете меня?
Цвици (танцуя):Напомни.

Крум: Я Крум. Мы встречались у Дупы, перед ее свадьбой.

Цвици:А да, пуговица.

Крум: Она у меня.
Цвици: Сохрани до лучших времен. Ну как там Дупа?

Весь диалог проходит в процессе танца

Крум: Ее муж умер.

Цвици: Бедненькая. Видно, семейное счастье не для нее. Погоди, а ты же тоже хотел жениться.

Крум: Данунах. Передумал.
Цвици: Вот все вы такие.

Крум: Если честно, я отменил свадьбу, как только вас увидел.

Цвици: Ой, да ладно врать.

Крум:Как было на Капри?
Цвици: Я уж и позабыла. Песни, резвость всякий час, так что голову вскружило. Завтра опять вылетаем

Крум: Куда?

Цвици: Лос Анджелес. Жизнь дается человеку один раз, и прожить ее надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы.

Крум: Я всегда об этом мечтал.
Цвици: Так кто мешает? У тебя этот Лос Анджелес еще какие то чувства  пробуждает. Я тебе завидую.

Крум: А я вам, что у вас он уже не пробуждает.

Цвици: Привыкла. Туда- сюда. Ладно, давай. Привет там всем.

Крум: Извините за наглость. Вот я смотрю на вашу задницу и думаю — вот задница, которая сидела в Калифорнии. Ваша задница видела в жизни больше, чем я и моя мамочка за всю свою жизнь.
Цвици смеется:

Крум: Такая замечательная задница вообще не должна ходить в туалет. Возьмите меня с собой в Лос-Анджелес.

Цвици: Офигел. С чего это вдруг?

Крум: Нет?
Цвици: Да пошел ты…

Крум: Ну это, типа, я вас люблю… Извините.

Цвици: Да ладно. Ты симпомпончик. Но меня там уже ждут.

Крум: Парень?
Цвици: Ну ,а кто ж.

Крум: Будете жениться?

Цвици: Он вначале должен докторат закончить. А потом мы едем в Бразилию.

Крум: А этот (указывает на Бартольдо)Он знает?
Цвици: Завтра узнает. Он временный.

Крум (Бартольдо): Слыхал? Ты временный.

Бартольдо: Ma cosa vuole quel caso?

Чего этому мудаку от меня надо?

Цвици: Ну все, мы уходим.

Крум: Извините. Я вас вставлю в свой новый роман.
Цвици: О, творец.

Крум: Навроде того.

Цвици: Вот скажи, как это получаются, что все начинают с искусства, а заканчивают в пивнушке?

Крум: Мне очень важно отсюда уехать. Это вопрос жизни и смерти. Мне нужно только вырваться на оперативный простор, где я развернусь.
Цвици: А кто тебе здесь мешает?

Крум:  Здесь не те условия. Но… где я буду жить? Я что я буду кушать. А на кого я мамочку оставлю.

Цвици: Кто хочет — находит время, кто не хочет — находит причину. Добиться можно всего. Но для этого придется отказаться от всего остального.

Крум: Ты не понимаешь. Это легко только говорить. А есть вещи, которые невозможно преодолеть, сколько ни говори.

Цвици: Все твои страхи и препятствия — у тебя в голове.

Крум: Вот такие как ты созданы для того, чтобы причинять боль таким как я.

Цвици: Ты симпатичненький. Давай я тебя поцелую на прощанье.

Крум: Я ухожу с привкусом Лос-Анджелеса на губах.

33

Ночь. Тахтих на балконе своего дома. Крум идет внизу по улице.

Тахтих: Привет!

Крум: Ну что, ты снова один?

Тахтих: А шо? Вот я женился и у меня ребенок так что? Разве я теперь бесчувственный чурбан? У меня бессонница бывает. Я тебе больше скажу. Когда я гляжу на эту Труду, мне хочется плакать от обиды.  Неужели я в жизни больше ничего не достоин? Неужели это навсегда? И все мои мечты, стремления — вот это все? Всю ночь я замешиваю ее задницу, как заправский пекарь месит тесто. У нее черные волосы под носом и на бедрах. Но для тебя это, верно, не новость. Но вот ее мякоть течет под моими руками, струится. И я люблю поток этих золотистых волос больше жизни. Ну, может, я преувеличиваю чуть. Но я уже без нее не могу. Я к ней прилип, приклеен. Когда я ее полчаса не вижу, я с ума схожу. Видишь, какие противоречия? Вот это все у меня внутри. А что делать? Так что я вовсе не стал чурбаном. Зайди.

Крум: Я спешу. Так ты закончил?

Тахтих: Нет. Ты, верно, смеешься надо мной. «Слава богу, и этот страдает». Так ты не спеши радоваться. Это только осколки, следы нашего счастья. Да ты этого не поймешь. Ты просто огурец. У тебя ничего подобного в жизни не было.  Ты не знаешь, что такое тяжесть, что такое дом, любовь, ребенок. Твой ребенок.

Крум: Ну, я пошел. (собирается уходить)

Тахтих: Твоя мать умерла. Два часа тому.

Крум останавливается:

34

Улица у дома Крума. Утро. Гробовщик катит тележку с трупом мамочки, завернутым в черное. Позади идет Крум.

Гробовщик: Родственники у нее есть?

Крум: Я сын. Погоди.

Гробовщик останавливается:

Крум: Встань,  сволочь дорогая,  и поверь в меня снова. Поверь, что я все преодолею и все смогу. Ты меня вырастила и воспитала. И я верил, что однажды ты меня спасешь. Я верил, что маска на мне однажды лопнет, и оттуда, сквозь страдания и мучения, проглянет счастье, и мы будем оба смеяться над этим страшным сном, который мне приснился. Встань, мамочка, вернись домой и приготовь мне завтрак.  Ибо иную реальность я не принимаю. Нет. Нет.

Сдерживает рыдания. Нет, для рыданий я еще не готов. Еще есть время для печали. Много времени. Надо приготовиться, собраться с силами. Покушать, поспать, сделать гимнастику. Кстати, когда лучше — утром или вечером? Надо крепиться, чтобы жить дальше. Во мне еще пробудится буря чувств и меня унесет волна. И я буду рыдать без остановки, буду оплакивать  мамочку, и свою неудачную жизнь, и несостоявшуюся любовь. И все зря потраченное время, которое не вернется.  И меня будут душить рыдания. И так я пробужусь к новой жизни — чистым и свежим. Я верю, что этот день наступит. И тогда я, свежий и обновленный, начну новую жизнь.

Снова пытается подавить подступающие рыдания

И буду делать гимнастику каждое утро. Или вечер?

Гробовщик катит тележку. Крум идет за ней.

Конец

Пьеса написана в 1972, поставлена в 1975 в городском театре Хайфы.

Перевод закончен 11 июня 2019. На прошлой неделе пришло 3100 шек. из РАО.  Послезавтра у меня выступление в книжном магазине в Тель-Авиве. Сейчас 17.45. В 20 час надо выходить на вест кост свинг. Перевод этой пьесы занял неделю. Сейчас же начну читать Comedy writing Secrets. Потом буду переводить эту пьесу на украинский, прямо с иврита. А шо? Делать же что-то надо.

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *